?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Театр Трансформаций


Александр Калмаков, Ведущий Театра Трансформаций Галины Семенюк в Санкт-Петербурге.   Москве

На сайте по ссылке выше -множество материалов и контакты, в Москве и Санкт-Петербурге, а здесь - наше сообщество в ЖЖ. А здесь - группа Вконтакте

Этому куску предшествует уже публиковавшееся в ЖЖ Я-Творчество, про Джеки и Карла.


Джеки было страшно. Она была абсолютно уверена, что за окном кто-то есть! Но она живет на третьем этаже, как такое возможно?

Она побежала на кухню, схватила там нож и села в углу.
Звонить в полицию? Сказать, что кто-то левитирует напротив ее окна на высоте 20 метров?

Телефон, естественно, не работал. Тишина. Какая-то возня за окном, шум, скрип.

Капитан. - раздался негромкий голос. - Капитан, вы здесь?

У Джеки помутнело в голове. В коридоре послышались негромкие шаги.
Ричард? - вырвалось у Джеки.
Она сама не поняла, почему произнесла это имя. Страха больше не было, отчего-то она вдруг поняла, что этому человеку можно доверять.
Капитан, пора возвращаться.
Что вы делаете?.



Неизвестный спокойно, очень спокойно положил руки на плечи Джеки. В голове у нее стало проясняться. Возникло какое-то ощущение необычайной цельности, силы, звонкое и упругое.
- Нас ждет одна встреча. - тихим голосом произнес Ричард.
Пора идти.



У Джеки на мгновение что-то ярко вспыхнуло внутри.
Кухня исчезла. Вместо этого они стояли с Ричардом на какой-то поляне. Они будто попали внутрь недорисованной картины. Художник нарисовал лишь центр, саму поляну, а окружающий ее лес или луг или реку завершить не потрудился.

Было лишь какое-то сероватое мерцание, будто кто-то разлил целое море хозяйственного клея, в котором и плавала поляна.

Вдали от Ричарда и Джеки какой-то очень спокойный на вид человек читал книгу. Он сидел на невесть откуда взявшемся здесь бревне. Перед ним был сложен костер, ветви, хворост, бревнышки, но ничего из этого не горело.
Ричард кивнул Джеки, приглашая следовать за собой и направился к этому человеку. Джеки, по-прежнему ничего не понимая, но почему-то совершенно не беспокоясь, пошла за ним.
Ее состояние было очень странным. Она словно существовала в двух измерениях. В одном из них она была Джеки, которая прекрасно помнила и осознавала свою жизнь. А под этим, словно на более глубоком уровне, она осознавала что-то, что совершенно не укладывалось в ее понимание. Будто она, Джеки, была верхушкой айсберга, которая даже и не догадывалась что под ней — бездонная глубина.

Человек учтиво встал при приближении гостей. Ричард не менее учтиво, жестом испросил позволения сесть. Незнакомец церемониально указал на бревно по другую сторону костра.
Он на секунду встретился взглядом с Джеки и ей показалось, что на какой-то миг его глаза из смешливых и человеческих стали абсолютно пустыми и иссиня-черными, лишенные и зрачков и всякого привычного выражения.

Более того, еще больше она удивилась тому, что в ее собственной, появившейся несколько минут назад глубине, было отчетливое знание о том, кто сейчас перед ней.

Ричард начал говорить первым, но незнакомец остановил его одним жестом.

- Вы пытались выйти на ценный для вас источник, могущий оказать влияние на весь ход войны. Мы предотвратили эту попытку. Если речь о том, чтобы отпустить вашего сотрудника оттуда, откуда мы его поместили, — Незнакомец едва заметно улыбнулся . -то мы можем это сделать. Но лишь при условии, что вы и он раз и навсегда оставите попытки выйти на этот объект.
Ричард задумчиво смотрел на костер. Сухие ветки на удивление симметричны, словно кто-то с линеечкой стартельно отмерял расстояние между веточек. Это точно был не просто костер. Но вот что?

- У меня нет полномочий опровергать или принимать ваше предложение. Вы сами назначили встречу, когда мы его нашли. Я услышал ваши слова и передам их выше.

Джеки начинала смутно догадываться о чем речь. Незнакомец, хоть и выглядел как человек, абсолютно точно им не был. Да и все место, где они находились, совершенно точно не было тем, чем казалось.

- Вы можете принять решение за себя и своего друга, раз уж он оказался недееспособен. Дальнейшие миссии по нахождению этого объекта будете саботировать. Если нарушите свое слово, у нас есть способы проконтролировать это. Вы сами понимаете, как именно. - Незнакомец кивнул на Джеки.

Той вдруг стало неприятно буквально до тошноты. Отчего-то она прониклась ощущением, что перед ней сидит какое-то мерзкое насекомое, шевелящиеся чешуйчатые лапы которого вот-вот проникнут ей в голову.

Она вдруг увидела какой-то второй слой, истинную реальность происходящего, будто за голографической трехмерной проекцией, приглядевшись, она могла увидеть совсем другое.

Ричард выглядел как большое золотистое яйцо. По его «скорлупе» то и дело пробегали какие-то оранжевые, ( ше-вереерообразные) пятна. Яйцо выглядело очень цельным, хотя по мере разговора, верхняя часть этого яйца то и дело темнела.

А незнакомец.. Это был исполинских, вдвое, если не втрое больший, чем Ричард, иссиня-черный, сплюснутый кверху куполообразный шар. У него отсутствовала передняя часть, вместо нее было какое-то подобие панциря, шероховатое и фактурное на вид. От задней поверхности этого панциря отходили щупальце-образные отростки. Они полукольцом окружали «поляну», где сидели все трое. Поляны как таковой и не было. Просто то место, где они находились, было чем-то вроде пузыря, висящего в темноте.

Джеки почувствовала, что от Ричарда быстро прошли какие-то волны, ощущающиеся как тепло. Она не могла себе этого объяснить, но на каком-то уровне ей еще более ясным стало происходящее, хотя в чем именно? Об этом вразумительно она ответить бы не смогла.

Ее внимание переключилось на костер. Очевидно, незнакомец приготовил его не просто так. В нем была какая-то угроза. Видимо, на случай исхода переговоров, который не устроит незнакомца.
Или, на любой случай.

На том уровне, на каком Джеки сейчас могла видеть, костер представлял из себя какую-то синюю лужу, светящуюся и излучающую какое-то свечение, похожее на радиацию из мультиков.

А еще Джеки ощутила, что ей не положено видеть то, что она сейчас увидела.

Условия встречи, созданные незнакомцем, этого явно не предусматривали.

Она вернулась к своему обычному зрению и встретилась взглядом с незнакомцем. Он уже не трудился скрывать свои настоящие глаза. Два бездонных черных колодца смотрели прямо на Джеки. Прочесть в них что-то было невозможно.

Откуда-то вдруг она поняла, что он чуть ли не в открытую смеется и над ней, и над Ричардом, и над всей этой ситуацией.

Не так, как смеются люди. Радостно или весело, от хорошей шутки или забавной ситуации. А так, как кошка могла бы смеяться над мышью, будучи уверенной, что деваться ей некуда.
Мол, поиграю немного и сожру.

И также Джеки вдруг поняла, что Ричард не договариваться сюда пришел, хотя незнакомец по-видимому думал иначе.

Ситуация выглядела теперь совсем по-другому. Зачем тогда они здесь?

У нее снова все поплыло перед глазами. Она слышала, как Ричард и незнакомец обмениваются короткими фразами, но разговор явно двигался к кульминации.

Вдруг она увидела перед собой странный лес... она по нему идет, хотя чувствует себя совсем иначе, чем обычно... кажется, она охотится.. на какого-то оленя, или, может быть, лося.. потом что-то происходит, что-то странное и загадочное, кажется это..

Резкий гул вернул ее в здесь и теперь. Незнакомец уже был на ногах, он явно пытался поджечь «костер», его руки, согнутые словно у боксера в стойке, силились распрямиться. Джеки откуда-то знала, что если у него получиться распрямить ладони, то им с Ричардом конец.
Ричард, образовав пальцами обоих рук треугольник, явно препятствовал незнакомцу это сделать. И всем было ясно, что надолго его не хватит.

С дальнего от них конца «поляны» раздался.. нет, не звук, хотя незнакомый с синестезией человек услышал бы только мелодичный звон.. Джеки же почувствовала приближение какой-то очень большой и глубокой, цветущей энергии.

«Волшебный олень» - вдруг озарило ее.
Какой олень, откуда она знает эти слова?
Лес напоминал ощерившегося от воды щенка. Такая же мелкая поросль, выбивающееся из высокой травы.
Капитан уже который день искал в лесу нечто, что в шифровке Центра именовалось «Волшебный олень».
Судя по всему, это была отсылка к истории Дона Хуана в третьей книге Кастанеды.

Капитан не очень понял юмора, но задание есть задание.
Как-то он уже бывал здесь. Когда же это было?..

В «Солярисе» Лема описан разумный океан, который познает себя сам, создавая и разрушая объекты, если есть откуда взять информацию о том, как должен выглядеть, думать, разговаривать или вести себя прототип.

А здесь же, вместо океана был целый лес. Он, конечно, не создавал людей с целью разобраться в чем-то. Он строил миражи прямо в сознании тех существ, которые имели наглость вторгнуться в его владения.
Чем еще он занимался — да бог его знает.
Капитан, естественно, имел защиту на случай подобных воздействий.

Но феномен Леса на планетарном объекте S48/15 не был изучен до конца. Да и никто особенно этим не интересовался.
Ну, разумный лес, который строит глюки в сознании разумных существ. Кого этим удивишь?
Во вселенной и не такое бывает...

Что за объект в Центре окрестили «Волшебный олень», Капитан тоже не очень понял. Да и в принципе, ему было все равно.
Ну, олень так олень.

На этой планете, по известным данным, обитали полуорганические существа, чем-то напоминающие смесь бабочки и моталька. Они то возникали на пустом месте, то снова исчезали, оставляя едва заметный след в воздухе.

Больше о них ничего не было известно, на контакт они не шли.
Да и никто этим особенно не интересовался.

Правда, один знакомый Капитана высказывал гипотезу, что эти неорганики живут в совсем другой реальности. С большим количеством измерений, чем доступно самому продвинутому Страннику. Больше, чем 5 или даже 11 измерений. А видимые «мотыльки» это на самом деле что-то вроде кончика хобота огромного слона, живущего в неведомых мирах.

Капитан вспомнил этот разговор, неспешно пробираясь сквозь джунгли, норовящие дотронуться до него то лианой, то кончиком ветки.

Некоторые из них вопреки законам гравитации и абсолютно независимо от порывов ветра время от времени вибрируя, поднимались вверз, словно руки у человека.

Затем, также неспешно, скручивались в пружину, у самого ствола дерева, очень похожего на гигантскую секвойю, обхватом в десятки метров. Такие еще можно увидеть в некоторых земных заповедниках.

Затем, пружина из лиан вдруг в один момент расслаблялась, бессильно свисая вдоль ствола вниз.

А через какое-то время цикл повторялся.
Сами листы, ядовито-зеленые днем, по ночам источали очень легкий, приятный, фосфорицирующий салатовый свет, напоминающий неон рекламных вывесок.

В сочетании с исполинскими стволами, которые не были даже твердыми, а мягко и медленно меняли фактуру поверхности с привычной глазу коры до студенистого желе фиолетово-черного цвета... это все конечно сильно напоминало галлюцинаторное восприятие употребившего ЛСД человека. Таие же яркие цвета, такие же чуть вибрирующие формы.

Капитану сначала показалось странным, что в архиве Центра не хранится полная информация о всех визитах Странников на эту планету. Часть информации просто была вычищена из инфополя, как будто кто-то очень могущественный не желал, чтобы кто-то о чем-то узнал. Но причина вроде бы потом обнаружилась в конфликте потревоженных насекомообразных и очень продвинутой расы, в результате которых и пострадало инфополе Центра.

Капитан был поражен этой информацией. Ему показалось абсолютно немыслимым, что кто-то смог мало того, что напасть на Центр в принципе, так еще и причинить ему какой-то урон.
Тем не менее, это было так.

Уцелевшие же отчеты о посещении этого объекта делились на две-три группы.
Первая, самая большая, была стандартным протоколом Странников о выполненной миссии.
Кого-то они находили, кто скрывался от Центра. С кем-то встречались, если подопечный выбирал местом встречи именно эту планету. Несколько отчетов рапортовали о взятых пробах грунта, воздуха.

Несколько отчетов свидетельствовали о прекращении миссии- Странники сталкивались с необъяснимым воздействием и возвращались на базу.
Потом выяснили, что это был лес.

Отчет одного из предшественников особенно запомнился Капитану, в нем была своеобразная поэзия.

«Я спустился на поверхность. И чем-то показалась злой эта местность. Как будто лес сгустился и уставился во все глаза. Я чувствовал, что смотрят только на меня. Мне нужно пробу было взять в условном месте. Где излучение несло особый «вкус». И я пошел, хотя нервозность повышалась.

Прошел где-то двести метров и увидел птицу. Она была большая, больше даже человека, смотрела с веток, прямо на меня. А впереди — как будто песни, танцы у огромного костра. Что за хуйня? Планета-то пустая..

Иду вперед и вижу, будто праздник на поляне. Люди пьют вино, гуляют, смеются, водят хороводы у костра. Никто не смотрит на меня.

Лишь две девочки, по виду — сестры, совсем малые, вдруг обернулись и внимательно так, серьезно на меня смотрят.
Потом начинают что-то кричать, возможно по-французски, махать руками, звать.

Особенно одна из них, так радовалась, когда меня увидела.
Подхожу ближе, но расстояние не сокращается.. Через несколько минут, вместо этого, ;%№;% леса, обнаруживаю себя на каком-то высоком холме.
Передо мной — деревня. Прям, натуральная. Вижу дома, собаки лают.

Спускаюсь вниз, по дороге, уже видны дома на окраине изгороди. И оччень большое заревево на противополжном краю, дым поднимается, вижу сполохи огня...»

Тут рассказ обрывается. Странника принудительно эвакуировали обратно, в Центр, после обязательных в таком случае проверок и восстановительных процедур, он приступил к другим миссиям, и, кажется, выкинул из головы эту историю.
Никакой деревни, холмов и , тем более, людей на этой планете конечно не было.
Таким образом, судя по всему, развлекался здешний разумный лес, но вот зачем, что он хотел?

Второй отчет, который запомнился Капитану, рассказывал о целой экспедиции, организованной для эвакуации, нет, не Странников, но близких по возможностям и направлению работы.

Эти люди, хотя людьми их назвать было бы неправильно, ну какие это люди, оказались на S48118 после драки с объектовм, который в сводках центра именовался Существом.

Центр на долгое время потерял его из вида, хотя в списке угроз оно было на одном из первых мест.

И вот, поступают данные о сильном выбросе особого рода энергии, да не где нибудь, а прямо на земле.

Все происходит очень быстро и Странники успевают лишь на s4818 , куда вступившие в прямой контакт ( и выжившие!) , отступили по какой-то случайной червоточине.

Их было трое. С одним из них, Карлосом, Капитан даже однажды встречался по пустяковому делу. Тогда Карлос уже был Странником..

И вот теперь Капитан оказался здесь, в поисках «Волшебного оленя».
Ходили слухи, что этот объект был репликой, копией одного очень редкого и древнего Существа, являющеегося носителем очень ценной информации.
Эти данные могли оказать огромное влияние на исход противостояния с тем гадом, которого Капитан выслеживал и изучал уже не один десяток лет, и на остатки той войны, которую «Центр» и Создатели вели чуть ли не с момента большого взрыва, диверсии галактического масштаба, по ошибке принятого людьми за точку отсчета всего, что есть.

Видимо, реальный прототип «Оленя» посещал s4818 и лес скопировал его, по каким-то причинам оставив реплику здесь же, не разрушая ее после того как оригинал покинул планету...

Лес пока никак не давал о себе знать. Не проявлял своей разумности, не вступал в контакт с Капитаном. Хотя, то тут, то там вспыхивали какие-то огоньки.

Капитан пока не обращал на них никакого внимания. Было ли это проявлением интереса леса к нему или чем-то еще? Было непонятно.
Вечерело. Вокруг появлялось все больше и больше сполохов и мерцаний, синих, фиолетовых, зеленовато-желтоватых.

На них Капитан тоже не обращал внимания, препятствий они ему не чинили, так нечего и вмешиваться.
До квадрата, где по информации «Центра», мог с большой долей вероятности находиться «Волшебный олень» оставалось еше с полчаса пути.

Капитан специально попросил высадки за некоторое расстояние до цели. Присмотреться и не спугнуть, хотя если «Волшебный олень» обладал хотя бы десятой частью способностей оригинала, то о приближении гостя он, конечно же, знал.

Сосредоточенность Капитана обычно указывала, что до изменения ситуации осталось не так долго.
Все чувства обострялись, зрение, осязание, другие восемь-десять каналов восприятия, доступные Странникам, сливались в одно, кристально точное и чистое ощущение. Слегка вне времени, слегка вне пространства.. Это происходило само собой.

Но такой остроты и яркости, которая наступила сейчас... Капитан и сам удивился этому.
Значит, предстояло что-то действительно важное.

Вдруг откуда-то раздался... нет, не мелодичный,а скорее гулкий, не очень разборчивый в наполненном звуками лесу, но вполне отчетливый звон.
Можно сравнить этот звук с виброфоном, но здесь он более отчетливый, выраженный, проявленный.
И более того, Капитан вместе со звуком почувствовал еще и свет. Приглушенный, наполненный, чем-то напоминающий ему отражение фонарей в парижской Сене...
Капитан успел отметить, что большая часть его сосредоточенности и яркости тут же улетучилась прямо в этот звон.
Он буквально тупел и дурел, и, как и полагается в подобной ситуации, начал отступать в специально созданное пространство, работающее по простому принципу — я вас вижу, а вы меня нет.
Но не тут-то было. Лес ( а Капитан был уверен, что это именно он) каким-то невиданным образом закрыл вход в свежесозданную «комнату отступления».
Капитану было совершенно некогда разбираться как именно чертов Лес это сделал, среди Странников это считалось невозможным.
Действовать нужно было быстро.

Привычное Капитану замедление времени тоже не получалось, напротив, все становилось очень быстрым, а это значило, что правила, по которым здесь идет игра, ее условия, определял не Странник.
Это была ловушка.

Капитан просто спрятался за деревом, раз привычные способы ведения операции по каким-то причинам оказались недоступны.

Послышались шаги. Выглянув , Капитан увидел, что большая часть леса перед ним просто исчезла. Вместо нее, в абсолютной черноте виднелся деревянный мост, идущий будто из ниоткуда прямо на поляну, к импровизированному укрытию Капитана.

Он почувствовал, как его неудержимо тянет и тянет, буквально затягивает на этот мост, словно Капитан был из железа, а мост из магнита.

Капитан что есть силы вцепился в дерево, но оно мгновенно из твердого и шероховатого стало гладким и скользким как ледяная горка.

Он словно переместился в кино, где мог только смотреть как действует герой, правда, не со стороны, а от первого лица.

Капитан увидел, как его ноги аккуратно переставляются на мост, а он, словно поддерживаемый чьей-то невидимой рукой, спокойно идет, даже не держась за поручень.
Все вокруг и он сам становились очень зыбким, нереальным, текучим как разнородные жидкости, соприкосающиеся, но не перемешивающиеся.

Капитан потерял сознание, но не в том смысле, что отключился. Просто все, абсолютно все исчезало с каждым его шагом, а потом осталась лишь пустота..

А потом он проснулся. Его звали Джеки, ему было 7 лет и пора было собираться в школу.
Капитану было немного грустно.

Оставалось еще минимум три дня командировки, а ему уже это все порядком надоело.

Ему не нравился здешний воздух, здешние порядки, здешняя еда.


Весело, конечно, было время от времени показывать какие-нибудь фокусы или парализовывать местные энергосети, но это было похоже на тыканье палкой в муравейник. Весело только первые две минуты.


Скучновато. Капитан занимался тем же самым, чем и обычно в подобных местах.

Наблюдал за цивилизацией, выявлял следы внештатных воздействий, устранял их. Собирал информацию о тех, кто мог сгодиться на роль Странника. И отправлял досье в Центр.


Он торчал здесь всего полтора дня, но уже порядком потрепал себе нервы.


Во-первых, его закинули втемную. То есть он родился и вырос в полном убеждении, что он местный житель.

Проходил какие-то обряды, ел коренья, строил какие-то планы на местную жизнь — и это иногда было драматичным.

Ведь Капитан, по местным обычаям был из касты возделывателей Породы, но по смутным соображениям его угораздило примкнуть к Пажити, тем, кто расставлял камни, в соответствии с сложными расчетами, характер которых определялся скоростью и направлением ветра в условный день и час.


И вот, претерпев полагающиеся на этой планете лишения, положенные отщепенцу, решившему предать своих и обучиться новому ремеслу, Капитан совершенно случайно, обдолбавшись местной дури с какими-то камнекрадами, вдруг вспомнил, кто он такой.


Он немедленно вышел на связь с Центром и сообщил все, что по этому поводу мог сказать Расставлятель камней с богатым жизненным опытом.

Центр ответил как всегда официально, мол вы сами выбрали этот вариант в виде отпуска, но Капитан со свойственной ему интуицией чтения инфорполя, а для этого и хватило и дерьма местной удойной кобылы, мрачно понял, что это — чей-то розыгрыш.


«Ладно, попляшите вы у меня» . Как ни крути, оставалось еще три дня.


Ричард был одним из тех, кто устроил Капитану это приключение. Он и сам не знал, зачем так сделал. Такое с ним бывало часто. Со временем, Ричард понял природу этого феномена : каким бы развитым не было сознание, за реальной работой открытого мозга оно все равно не поспевает.


Мозг просчитывает все глобально. Хотя, говорить что приемо-передатчик вселенского суперкомпьютера что-то просчитывает было бы неверно.


Обмен информацией абсолютно открыт для всех сторон этого процесса.

Для человека тоже, если бы он соблаговолил им воспользоваться.


В любом случае, Ричарду было немного стыдно, что он так подставил Капитана. Он было думал уже вмешаться, но Капитан и сам все понял, вмазавшись по копыту какой-то местной дурью.

****

Капающие с листиков местных деревьев мельчайшие частицы жидкости, по консистенции похожие на смолу, на вкус были сладковаты.


Капитан пытался уже третий час хоть как-то утолить жажду, но это было бестолку.

Он негодовал. Дурацкая планета, дурацкий Центр с его дурацкими заданиями.

Дурацкие местные кобыловоды, от которых пришлось уносить ноги.

Дурацкая жидкость, похожая на смолу, от которой не было никакого толка.


С тех пор, как он обнаружил себя приклеенным к серому телу, еще более слабому, чем человеческое, да еще и с пофиксенными возможностями Странника , прошло уже почти полтора местных года.


Местный год заключал в себе почти 500 дней, каждый из которых длился более 60 часов.


Капитан успевал поспать четыре-пять раз в день.
*****

Дурацкое тело. Дурацкая планета.


Дурацкий лес, в котором он оказался, спасаясь от местных оленеводов, к которым его привели потребности этого дурацкого тела.


Все началось с того, что Капитан почувствовал какой-то зуд. Сначала он даже не понял, что происходит.

Это было похоже на легкое жжение, но не в сознании самого Капитана, а в том теле, которое он здесь занимал.

(Долбаный Центр! Еще и приклеил к нему!)


Повинуясь, впрочем, вполне осознанно этому зову, он вышел из маленькой, но вполне комфортабельной по местным меркам землянки и отправился туда, куда несут ноги.


Они, собственно привели его в станицу кобыловодов. Для видавшего многое Капитана здесь не было ничего особенного, но зрелище, конечно, было странное.


На относительно ровной, огороженной какими-то желтыми палками, поверхности земли, плоощадью в несколько гектаров, лежали почти ровными рядами весьма занимательные существа.

Вместо головы у них была практически плоская щупальце-шея, увенчанная несколькими круглыми, как блюдца , глазами. Собственно, на этом подробности заканчиваются — все животное и представляло собой одну большую щупальцевидную шею на коротких ножках.


На местном наречии это именовалось «кобыла». Ими не сказать чтобы особо занимались, но приглядывали весьма специфичные местные. Большую часть времени они жевали коробочки, растущие на невысоких стебельках прямо здесь же.

Эффект был весьма сомнительный — через какое-то время после употребления появлялись зеленые сопли из носа, ощущение комариного визга в ушах и непреодолимая потребность рассказывать истории своей семьи, особенно - детства.


Собвенно, таким макаром кобыловоды и проводили время. Дни, месяцы, а то и годы.


Откинувшихся на тот свет относили чуть поодаль и бросали тут же.

Здесь к этому относились просто.


Споткнувшись о несколько тел, некоторые из которых уже порядком подгнили, Капитан вышел на край пастбища.

Некоторые из шей-кобыл даже повернули в его сторону свои верхние части, бессмысленно округлив глаза блюдца еще шире.


Капитан так и не успел разобраться, что именно его сюда привело — ностальгия ли тела на генном уровне или же специфичная потребность в каких-то бактериях, щедро разбросанных в воздухе вместе с запахом дерьма. Ему прилетело увесистым камнем прямо в голову, отчего он упал наземь, едва не потеряв сознание.

Оказывается, на нем была одежда и специальные татуировки другой, враждебной для кобыльей фракции.

Так что пришлось удирать. Проклиная все на свете, Капитан ринулся через чашу высоченных грибов обратно к той остановке пневматической трубы, которая доставила его сюда.


Быт здесь был устроен весьма странно. Местные жили в невысоких, из земли сделанных округлых помещениях.


Праздником являлся каждый третий день, а местный календарь изобиловал отмечаниями дня кобыльей гузки, например.


Капитан, пришедший в себя, был даже раздосадован, что он поверил в эту дикость, пусть и экспедиция подразумевала его неосознанность.


Какую пользу я могу принести в этих условиях? Дичь же.

Радости его не было предела, когда экспедиция наконец подошла к концу и он, в окружении многочисленного потомства, сомкнул веки.


Чтобы через какое-то, уже вспомнившееся ему, привычное промежуточное время, обнаружить себя в центре.

Jan. 10th, 2019


Очень хорошо помню то время, когда возможность прийти на Театр, поиграть роли или, тем более, запрос, была очень ценной редкой возможностью.

Тогда я жил в Петербурге, Театра в Петербурге не было.

Чтобы туда попасть, нужно было как минимум провести ночь в поезде ( Сапсанов еще не было), затем шататься по Москве несколько часов и затем, заранее придя к заветной двери, некоторое время озираться в ожидании … их, ведущих Театра.

На самом Театре обычно наступало легкое умопомрачение, волнение, сейчас вот ведь все начнется.. Кто-то ( или ты) скажут запрос, оденут роли, начнется какое-то чудо.

Разве это не чудо, что по мановению руки может появиться роль, может быть одета на кого-то подручного, а он потом расскажет, все скрыто, неизвестно и нужно.

Разве это не чудо, что по мановению той же руки, роль может измениться, а вместе с ней и сразу — тот или то, что она представляет?

Разве сам Театр вообще не состоит из одних только чудес, наполнен ими и ими же и является?

Мея давно время от времени занимали две инженерные задачи, в порядке некоторого достаточно еврейского МЕ -
первая. можно ли куда-то прикрутить Леву по хозяйству, например, приделать к нему пару губок, чтобы он бегал и пол мыл, или научить ходить за сигаретами.

А вторая - можно ли извлечь какой-то профит из бесчисленного количества ежей, которые шатаются по округе без дела ближе к вечеру в каких-то совсем неприличных количествах. Суп конечно из них не сваришь - жалко, а кем раньше была говядина в кастрюле я предпочитаю не думать. Но вот может, красить их из балончика и продавать как современное искусство и тп

И, как это у меня часто бывает, полусерьезные размышления привели к серьезным выводам.
Я ведь не создавал ни одного ни другого, и что если предположить, что Бог все-таки знал что делал и они уже при исполнении чего-то? Какого-то инженерного замысла?

Через несколько секунд после этих мыслей я как-то по новому посмотрел на семенящего впереди такса, он выглядел настолько совершенно, славно и смешно при этом, что настроение мое взлетело до отметки плюс 15 по десятибальной шкале.

Ежа мы тоже встретили через пару метров - он пытался забраться на крыльцо неизвестно зачем. Спасая очередного колючего из лап и пасти Левы - тот умудряется схватить его и протащить пару метров прежде чем еж, видимо совсем охуев от такой наглости, пыхтя дает ему как-то поддых и падает на землю, стало даже немножко стыдно - у него ведь наверно семья, он рискуя нарваться на вот подобные приключения шатается в поисках прокорма, а я хотел продать его московским мажорам как икебану..

Вобщем, что, если так и смотреть по крайней мере на свои дела и окружения? Может, Бог все-таки знал, что делал и вокруг постоянно происходит какой-то великий замысел и все, на самом деле, на своих местах?

Восемь.

Молчанье золото, в нем все.
Блевотно слово-решето,
блевотно это все совсем.
И чей там голос громче всех
Чего воротит от себя
И желтый сумрачный удав
все душит жизнь
И злой варят все наступает из тиши
В ночной глуши
Рулеткой это не измеришь
А понадеявшись - погибнешь
Сухой остаток тише слов
В котором восседает царь
Погибших на пути людей
"давай быстрей скорей скорей"
И рубит сгоряча сплеча
горит очаг, чадя, треща
И бледным взором укрывает
само себя.
О, он же столп,
кровопролитен - лепесток,
а не цветок,
совсем не ночь,
никто не в силах никому помочь
А я сижу на берегу
и ухмыляюсь
И смотрю
как рассуждает вещий взор
И назревает разговор.

Tags:

Семь.

Летают горы по воде
рука не пишет эти строки
На ясной земле, на небе
Не начинаю те потопы
Не стынет ветер
Не горит
Огонь в распахнутых витринах
и люди мокнут под дождем
Не подавая вида
И красным золотом объята
Земных сосудов жизнь
И рукавами перекрыт
Неизданных сомнений ветер
И гонит час, пройдёт причал
И на земле лежит трава
в тот перископ, который "за"
Не вдруг упрется голова
а за чертой, где голос мой
ложится белым на черно
Я помню все и тот покой
остался где-то за горой
которой здесь уж больше нет,
готовь обед или обет
но завтра снова будет день,
и кто ты там,
все по местам,
ушел и бросил этот взгляд.

июль 2016

Mar. 27th, 2018

Мелькают старые ограды
и на порог я не пущу
Того кто вдруг, зачем, откуда
Случайным ветром занесет
Пошел он нах
На парусах. Я догоню и отберу
Что спиздил он.
мудак - гондон.
Скотина, блять - мне рисовать.
Я бог, я черт, я кто, зачем,
я здесь, сейчас, я будто парус на верху
Смотрю футбол, трава, графа
И не видна
Моя страна и город мой,
кулак земной,
бега, рука,
кровать - земная смерть,
лукавство дома - лягу спать.
июль 2016
++++
Моя укрытая долина
и домик мой стоит спокойно
И путь к нему как будто длинный
Но только кажется лишь так
Я сам хочу, и всем не верю,
не доверяю никому,
И тот трамвай, во что он верит
Как будто я не верю сам
себе, тому, кто все задумал
Кто просто здесь пришел на свет
И так решил, что будет лучше
Кому? Ему, никак не мне.
И сердца жгут, опять неймется
И все проходит на ура.
Июль 2016
++++
Так далеко ушел от дома,
Итак, идет эта игра
Игра идет, а фишки в дамках
Теперь как рыба средь воды
И тот урок, что больше нету
того, что раньше было мной.
А я мечтал уйти отсюда
построить дом в другой земле
И тем я шел, и там остался
И так как будто решено
Среди болот я прописался
Пусть будет так, мне все равно.
Июль 2016
+++